Небытие и небо

Понятие небытия, не лишенное флера философской задумчивости и исчерпывающе раскрытое в статье о кокетстве Абсолюта, для русскоязычного мыслителя, равно как и немыслителя с неизбежностью занимает ту нишу на полках сокровищницы неосознаваемых аллюзий, которая достаточно далека от соответствующего места понятия Nichtsein в картине мира немецкоговорящего пользователя.

Эксперты отмечают ярко выраженную близость русского небытия к тому, чтобы фонетически почти полностью соответствовать корню "навь", в-частности, в такой его форме как "небо". Говоря "небытие", русский совершенно справедливо подразумевает небо или навь, которые в свою очередь являются 1) с точки зрения профана, следующего путями контринициатических стандартов, виртуальными абстракциями; 2) с точки зрения демонопоклонника, реальными модусами абсолютизации сакрального.

Следует напомнить, что абсолютизация и абсолютное, также как и Абсолют, представляют собой субституцию иного состояния, место нахождения которого по ту сторону порога неотъемлемо от традиционной недостижимости этого места для актуальной формы. Вместе с тем, традиция учит понимать абсолютное как технический термин сродни "загранице" при том условии, что, оказываясь на территории предполагаемой "заграницы", мы не могли бы продолжать считать это место "заграницей", которая в свою очередь теперь была бы отнесена к пространству за следующим рубежом. Так, навь для мира яви представляет собой "заграницу" или "ближайшее абсолютное зарубежье", но, конечно-же, не небытие, если только не принимать во внимание фэнтезийных, обскурных и миноритарных точек зрения, основанных на крайних формах последовательного выполнения контринициатического договора и отрицающих любой дискурс, кроме актуального диурнического.

По всей видимости, русское понимание проблематичности определения "чистого" философского небытия становится естественной причиной оформления термина в виде, который крайне близок к термину "нави". Мы столкнулись бы с когнитивными трудностями, если бы в нашем языке "небытие" не являлось калькой с европеизированного понятия, но соответствовало бы санскритскому "выбытию". Произнося "выбытие" или "отбытие" мы с неизбежностью подразумевали бы вопрос "куда", ответом на который становилось бы "никуда" - отрицание, само по себе порождающее конфликт, в форме ответа вызывает еще больше нареканий. Этого недостатка лишено "небытие", которое мы, в силу знания собственного языка, воспринимаем отнюдь не как отрицание, а в качестве утверждения, по-умолчанию основанного на аксиоме, которая неотделима от структур инициатического стандарта.

Дефиниция и кводация

Дефиниция является инструментом логики, находящим широкое применение во множестве отраслей современной науки, в том числе гуманитарной, где существует прецедентное право и презумпция дефиниции-аксиомы. На основе недоказуемых дефиниций, в том числе расширенных до монографий и фундаментальных трудов, на протяжении веков выстраивается целый ряд научных дисциплин, в число которых входят этнология и религиоведение.

Мера верности дефиниции в общем и целом сводится к тому, насколько она кажется ясной, вразумительной и соответствующей логике научного мэйнстрима, включая маргинальный и миноритарный мэйнстрим, необходимый для случаев несоответствия дефиниции, которая всем кажется верной, основным постулатам мажоритарного.

Метод этнолога, исследующего так называемые народные представления, основывается на опросе, вслед за которым осуществляется дефиниция и интерпретация. "Опрос" представляет собой одну из абстракций современного западного мира. На основании учения о политкорректности и европейских ценностях предполагается, что участник опроса всей душой стремится к тому, чтобы открыться неизвестному чужаку, а опрошающий в свою очередь не имеет оснований сомневаться как в искренности своего корреспондента, так и в его соответствии представлениям о примитивном складе ума, несовместимом с логикой и абстракцией философского мышления.

Между тем, он имел бы свои основания усомниться в искренности участников опроса, которые скрывают точную дефиницию, столь необходимую этнологу. Вместо этого они говорят туманными иносказаниями, из которых в конечном счете статистически выводится дефиниция. Однако, эта фактическая неискренность, выражающаяся в последовательном несоответствии представлениям о конструктивном диалоге, основана не только на оправданном соображениями тайны введении в заблуждение, но и на том, что предметы, интересующие этнолога, де факто принадлежат к пространству личного инициатического опыта и их безмолвная концепция основана на кводации, бесконечно далекой от вербальной дефиниции.

Само это утверждение нашло бы преломление в своде этнографических постулатов как дефиниция "предмета, находящегося далеко, в пространстве кводации, то есть особого ритуального места, путь к которому туземцы оберегают и избегают говорить о нем с посторонним; в этом месте запрещено говорить вслух и изрекать то, что они называют дефиницией. Возможно, что кводация находится в каждом доме за печью, и она является местом обитания домового. Некоторые источники говорят о том, что вместе с домовым в кводации хранятся кости умерших членов семей. В кводацию запрещено входить с нечистыми помыслами."

Эта дефиниция становится постулатом, на котором строится здание дальнейших исследований. "Злая и добрая кводация в представлениях примитивных племен." "Кводация и табу - место черной и белой кводации-кундалини в картине мира туземцев Перу." "От кводации к красному углу русской избы." "Кводации - славянские амазонки или духи умерших?"

Хороводы

В начале любого движения лежит недвижение. Неподвижное находится в середине, предоставляя этому двигаться. Иногда кажется, что это двигается само по себе. Такое заблуждение возникает потому, что неподвижное пребывает в совершенном стазисе.

Только подвижность преосуществляется в проявлении. Значит неподвижное в высшей мере и совершенно не проявлено. Поэтому это находящееся в центре неподвижное по сути абсолютное благо. Давая начало подвижному, оно дает начало страданию.

В центре есть колодец пустоты, вокруг него задаются параметры подвижности. То, что двигается, представляет собой энтропию, но это не космос. Почему это не космос:

Все, что есть, это лишь песчинка в безбрежности Небытия, а пространство - это еще не все, что есть, небо - это еще не все пространство, хляби небесные - не то же самое, что небо, вода, хранимая в хлябях, не то же, что вода из болот предначального мира; но кроме того вода не одно и то же что капля, капля не одно и то же что протяженность движения, а нити дождя не одно и то же с тем, что представляется явлением дождя, когда говорят "идет дождь" или "стена дождя".

Итак, стремительная динамика прежде космоса. Вдумчивый взгляд парикмахера прежде ножниц, чувство меры прежде вдумчивого взгляда. Выучка портного прежде ножниц, но прежде выучки незнание. Лишь брадобрей, с недоумением взирающий на бритву и не понимающий, что она такое, кто он такой и как здесь очутился, достигнет высочайшего мастерства в первом и последнем акте великого творчества.

Он достигал вершин, когда владел тысячей тонких приемов, а в конце ум его пуст. Может пройти тысяча воплощений, прежде чем эта задача будет достигнута. Нет никакого способа ускорить такое достижение, лежащее в области действия безусловной фатальности праедестинаций. Нельзя убыстрить это ни отказом от полноты, ни приказом. Нельзя оттянуть это ни наполнением, ни отрицанием могущества неподвижности.

Тот, кто об этом знает, посмотрит на луну, не зная, что она такое - он не пойдет путем луны. Горит только одна звезда, а другие светила погасли в лунности, но ее магнетизм не властен над ним. Он увидит ажурные тоннели и сделает шаг туда, куда зовет его дух. Это называется демоническим кводативным деланием.

Хаос: Экзегеза

На страницах Инфернального Домена обнародовано чандаянское учение Будхна-Нирартхья, также известное как "Хаос: Экзегеза - доктрина великого неразделения Кеноса и Кенеона".

Небытие через любодеяние

Выступающие против наинизших техник достижения сознания Нечистой Девы, начиная с позднего индийского средневековья вызывали резонные протесты у представителей ортодоксального крыла изначальной Чандаяны, голосом которой выступал Кродхананда. Согласно преданию, противники провозглашенной им концепции благого Небытия вызвали его на поединок острословия, на который Кродхананда явился с опозданием на восемь часов, мотивировав это тем, что по пути остановился в борделе.

Таким образом, усталые и деморализованные оппоненты вынуждены были признать свое поражение, отдав пальму первенства так называемой концепции Небытия через любодеяние. С тех пор больше никто не сомневался в ведущей роли Кродхананды и его репрезентативной функции как лучшей во вселенной копии Нечистой Девы. По следам этого происшествия, положившего начало мирному сосуществованию различных школ, признающих авторитет ортодоксальной и изначальной Чандаяны и главенство догмы о Небытии через любодеяние, Кродхананда написал знаменитое свое "письмо оступившимся, но ищущим пути", вошедшее в историю как работа под именем "Блудодействуй по правилам не человеческим, но ракшасьим".

Ракшаси Мукхасвади

Ракшаси Мукхасвади - в предании о Ракшаси Мукхасвади, трехстах шестидесяти тысячах ее братьев и преподобном Джалачарине раскрываются плюсы практики наинизшей Чандаяны.

Наинизшее знание Пустоты

На страницах Инфернального Домена размещен перевод с санскрита великой рецитации Ракшаси-Самваидья, по праву считающейся лучом темного света среди яви и глотком удушающего сущностного благоухания.

История создания этого произведения действительно заслуживает отдельного трактата. Согласно преданию, однажды Кродхананда испытал состояние клинической смерти, из которой не спешил выходить. Разумеется, ни у кого из учеников не поднялась рука на учителя, который запрещал будить его, даже если тело покажется совершенно мертвым. Впрочем, забегая вперед, отметим, что этого никогда не случилось, потому что Кродхананда был властью Нечистой Девы прижизненно превращен в пламенную сингулярность и стал вечным существом, которому не нужно было воплощаться, чтобы быть с нами.

Итак, в состоянии окоченения, пока тело его начинало понемногу мумифицироваться, Кродхананда возвысился духом и осуществил переход через горы, окружающие этот наш мир плотной стеной, чтобы затем спуститься к вратам мира изначального мрака. Этот путь был хорошо известен ему как высшему адепту Чандаяны, но чего он не ожидал увидеть, так это ракшасей, которые безмолвно манили его к себе.

Излишне подчеркивать, что Кродхананда очаровался красотой обольстительниц, поддался их чарам и свернул с проверенной дорожки, чтобы проследовать в землю блаженных, где ему было предложено участие в зловещем танце демониц. Много лет провел он в их кругу, разрушая вселенные, как это водится у благородных существ, не замарывая рук, а лишь слегка пачкая стопы в пепле. Ведь танцевали они среди языков пламени великого погребального костра.

И наконец, когда цикл деструктивного танца достиг небывалого апогея, ракшаси предложили Кродхананде заняться в воздухе над огнем совместным видением. Так сплелись они - три ракшаси и Кродхананда - в великом таинстве инфернальной Самваидьи.

Так Кродхананда узнал, что эти ракшаси были Нечистыми Девами. Опыт танца на пороге Небытия открыл для него путь к наинизшему и завершающему знанию Пустоты.

Макияж Нечистой Девы

Каким я вышел из земли, таким никогда и не вошел в нее, потому что мне больше не нужно было умирать. Мои наставницы, о которых я писал много раз, рассказывая о том, как малюткой подобран был в лесу ракшасами, привили мне любовь к Нечистоплотности.

Макияж Нечистой Девы - это не обман. Каждая из них владеет искусством так называемого сущностного перевоплощения. Меняя облик, Нечистая Дева остается, тем не менее, воплощением Бездны, разделяющим с другими Нечистыми Девами свое естество. Только недостаточная широта взгляда и неспособность к охвату великой перспективы препятствует тому, чтобы учесть уникальность каждой из них, не входящую в противоречие с гомогенностью. Для низших существ в порядке вещей различать двух сестер или, например, братьев, не переминаясь перед парадоксом, но планка, которую в данном случае пришлось бы преодолеть, создана не для их кондиции.

Нечистая Дева передала мне сосуд блудодеяния и великого противоестественного греха, чтобы я обонял сладострастно ноздрями моими благоухание тяжелой дымки и слизывал капли тягучей смолы, обжигая гортань, напоевал внутренности живота моего, чтобы достичь подобия Нечистой Девы, живот которой горяч. И мне открылось следующее:

Глупцы страшатся пригубить, не ведая следствия и причины, но мудрый пьет из источника, всегда стремясь к осуществлению своего помысла. То, что погубит незнающего, то усилит знахаря - усилит с тем, чтобы не дрогнуть ему перед лицом Всенизшества, к которому устремлен. Посему малый человек, наступив на ногу в метро соседу своему, извиняется, а великий ждет результата, никогда не полагаясь на волю случая. Ибо ничто не сравнится с великой радостью от причиненной порчи, от превентивного удара, от разможжения врагов, которые еще не подозревают ни о чем. А когда разомнутся их слабые конечности, вознося молитвы, то прозреют они, о да, они узнают, кто виновен в их бедах, и что-же может быть достойнее радости, испытываемой от признания величия силы, которую Нечистая Дева дает посредством таинства помрачения!

Таким образом Нечистая Дева и я соединились в безраздельном пламени, и конечно-же мое сознание было полностью уничтожено. Я уже объяснял, что высшая форма сознания при столкновении с низшей всегда побеждает. Каждая наставница снабдила меня своей датой, чтобы я мог менять дни рождения, когда сочту нужным. В этом деле подспорьем служит вот какое обстоятельство: независимо от того, как вы поменяете день рождения, низшие твари не просекут фокуса. Для мира глины это скорее всего похоже на лотерею.

Но когда я читаю слово "дата", написанное моей рукой, это оказывает на меня сильное влияние, как на каббалиста или раввина, читающего в Писании о каком-нибудь неприметном явлении, остающемся за рамкой восприятия в современном тексте, например, как это происходит с запятой или дефисом. Я наполняюсь великой силой, когда читаю слово "дата".

Ритуал Горького Пути

В статье рассмотрено устройство дворца испытаний; контурно означены этапы прохождения адептом пути Горечи; даны исчерпывающие комментарии доктрины Сосуда Горечи с опровержением ложных трактовок, претящих духу ортодоксальной Чандаяны.

Ритуал Пути Смерти

Ритуал Пути Смерти, при помощи которого совершается демоноугодное жертвоприношение, имеющее своим результатом полное и окончательное пробуждение

О проигрышных дилеммах

Нет никаких сомнений в том, что проигрышные дилеммы невыгодны человеку и уже одно это могло бы служить кристальным доказательством того, что вперев в них взор, адепт должен набрякать и безмолствовать до тех пор, пока не умрет.

Отказ от разрешения "нерешаемой" задачи может рассматриваться как отступление перед океанской волной, в каковом случае, как известно, "враг решит, что вы испугались". Некоторые пытались перевести концепцию "решающего и всевидящего врага" в полную противоположность, утверждая, что перед непреодолимой силой надлежит отступить - а отступив и заняв выгодные позиции, дожидаться усмирения стихий. Но Чандаяна с самого начала предложила отвечать на теорию выжидания заведомо невыгодным риторическим вопросом:

"А оступили бы вы с такой моральной легкостью, если бы с вами рядом была наша возлюбленная Нечистая Дева, которую требуется защищать?"

В этом месте необходимо напомнить о том, что пробуждаясь ото сна, адепт повторяет заклинание яви, звучащее следующим образом:

"Я открываю глаза только для того, чтобы положить явь у ног Нечистой Девы."

Ровно через двенадцать часов адепт закрывает явь заклинанием:

"Во сне я убью всех ваших врагов, Леди!"

Этот комплекс подробнее изложен в "Символе основания органической жизни" (II:5:41-44), предваренном блестящим предисловием Кродхананды, в котором он обрушивается на ересь триконформититов (эта малая группа единомышленников откололась от фаталистского крыла ортодоксальной Чандаяны, не сумев смириться с тем, что им отказано в триконформизме, под которым они понимали результат психотренинга, приводившего к иллюзии отождествления собственной формы с триадой Хаос-Ктеис-Космос) и разъясняет происхождение адепта*.

*"Я сам еще до рождения был адептом, а все, которые ныне называют себя так - только отзвуки моих детских страхов, обусловленных натальной травмой. Я почувствовал новое тело и мне пришлось заново адаптироваться ко всем нервным окончаниям, испытывать дискомфорт от звука гудящих вен и мускулатуры, которую ощущал на молекулярном уровне, впрочем как и любую ткань, например, мне приходилось подолгу бороться с элементарными частицами слизистой рта, пока я усилием воли не фиксировал их на субатомных орбитах. Потом, когда я проникал в других людей, ощущения были уже не те, но отдаленно схожи - это были чувства отца, узнающего в ребенке какие-то смазанные характерные особенности самого себя. Напомню, что я создал адептов, смешав атипичные нейтроны собственной спермы с вагинальным субстратом одной мезозойской потаскухи первого поколения созданий, вышедших из-под резца Махачандайогини. А уже из этих адептов при помощи нити для распила кости мы сделали людей, но это уже совсем другая история."

Таким образом перед адептом открывается перспектива, которая позволит ему пройти весь цикл безмолвного переосмысления (в значении "осмысления еще раз") проблематики безвыходной ситуации. Вслед за тем ему будет предложено спросить себя, отступил бы он перед волной, если бы рядом с ним была хотя бы одна малая песчинка, вероятность значимости которой в контексте пиетета праедестинаций может быть отличной от нуля.

С течением времени популярность приобретали разные интерпретации и варианты этого метода усмирения адептов, среди которых интересен следующий, вызвавший всплеск самоубийств:

"Представь себе, о сын благородной семьи, что у тебя три руки, и от третьей руки зависит полное и безотносительное освобождение - только она гарантирует, что ты достигнешь абсолютного блаженства. Однако однажды на рынке торговка передала тебе слух о том, что один местный вельможа обманом пленил духа скверны, вызвав того посредством энохианской таблички. Единственное, что может помочь духу освободиться, как рассказала торговке другая кухарка, это третья рука, если ту отпилить и пропустить через мясорубку. Ты, однако, не знаешь, присягнул-ли этот несчастный дух Нечистой Деве, а узнать сможешь только когда лично увидишь его и отведешь к своим наставникам на допрос. Итак, поведай нам свое решение этой задачи."

Орден Лебедя и основание колонии в Чили

Современные культы, базирующиеся на учении Нечистой Девы - Краткая история Баварского Ордена Лебедя

Жертвоприношение ребенка в Баварском Ордене Лебедя

Великолепная статья по жертвоприношению мертвеныша (а как известно из Чандаяны, каждый адепт несет в себе изначальный зародыш мертвеныша) теперь снова находится там, где ей и положено быть.

Навыки аннигиляции и подмены

Если кто-то поставит эксперимент и будет в течение месяца все время бодрствования посвящать невнимательному созерцанию раскачивающегося бумажного цветка, то вскоре он заметит его появление в своих снах; нельзя сказать, что этот опыт придется по-душе испытуемому, ведь неподотчетное, неустранимое, некорректируемое волей, видение будет неотъемлемо от дисфункции сна. Сложно точно установить момент, когда условный результат абстрагируется от причины, то есть сновиденческий цветок перестает быть всего-лишь продолжением или "заполняющимся промежутком", отражающим то, что одновременно происходит наяву.

Сходным образом есть определенная трудность в том, чтобы выяснить, насколько - и насколько качественно - реальна действительность всякоей актуальной объектности, в-частности составляющей "основу" дискурса органической формы бытия сознания; нельзя ретроспективно установить момент, до которого действительность была реальнее и после которого она предполагаемо продолжилась как неподотчетная саморедупликация. Знания о наличии привычки, как отмечает ряд источников, вовсе недостаточно для ее уничтожения, для остановки кажущегося хода развития иллюзии; это невозможно осуществить без наличия навыка, выработанного посредством упражнений, направленных на полную аннигиляцию; ставящих целью окончательный переход.

Чандаяна указывает на два типа упражнений - один из которых по-сути неправильный, а другой правильный. Правильность упражнения фундируется постулатом о безусловной суперординации Небытия над Бытием. Любое упражнение, ставящее своей задачей формальную подмену в рамках Бытия, по-сути неправильно, а вырабатываемый посредством него навык является бесперспективным. Навык подмены никаким образом не предполагает превращения в навык аннигиляции.

Так, если научиться превращать сновиденческий цветок в сновиденческую бабочку, это несомненно окажется серьезным прорывом в плане выработки навыка подмены. В качестве мотива подобного навыка выступает некритическое принятие данности отсутствия бабочки и присутствия цветка. Отсутствие как таковое качественно лучше, но находится-ли оно в оппозиции присутствию?

Следует обратить внимание на ложное мнение, согласно которому, аннигиляции может препятствовать, прежде всего, наличие зависимости от аудитивных, визуальных, одоративных и иных чувственно-эмоциональных впечатлений. Нет нужды подчеркивать, что подобная теория непродуктивна как циклично замкнутое на самом себе умозаключение. Подобным образом можно было бы вполне разумно, но тем не менее бессмысленно утверждать, что бросить курить мешает зависимость от курения. Объяснение зависимости через зависимость имеет пониженный смысл.

Вопреки указанному ложному мнению, в строгой иерархии проявленных миров не существует ни одного и никакого явления, которое препятствовало бы непосредственному и окончательному переходу. Напротив, каждое явление представляет собой находящийся на своем месте символ, тождественный собственно порогу, перешагнуть который позволяет навык.

Хотелось бы отметить некоторую неловкость термина "перешагнуть", подразумевающего континуальность шагающего, и если под упражняющимся обычно имеется в виду "адепт", то есть немалая вероятность мизинтерпретации порога. Следует говорить о континуальности Кводативного Субъекта и Смерти, рядом с которой последовательно существует символическая функция ее сознания, называемая "адептом" - переход порога Смертью во многих отношениях соответствует тому, что понимается под континуальностью; что-же до адепта, то, как мы неоднократно подчеркивали, он неотъемлем от конституции пространства, которое отменяется порогом.

Сотериология и позитивная метафизика

Проницательно заглядывая в будущее, во времена конца периода ухудшения ситуации, когда наступит мрак, учение Сахачарадхармы вводит особую пессимистическую ноту, утверждая, что точно также как отдельное существо может "спастись" лишь после совершения заведомо определенного числа воплощений, может спастись и целая вселенная.

Персональное "спасение", под которым обычно имеется в виду полное уничтожение, неотъемлемое от необратимого ухода за Порог, однако, не составляет предмета телеологии. Из двух иллюзий - спасения и блага - Чандаяна наделяет высшим значением благо, являющееся благом с точки зрения и для Нечистой Девы. Несущественность "спасения" объясняется тем, что с позиции превосходного сознания, составляющего базу и меру всех вещей, любая продолжительность циклов воплощений иллюзорна, а именно в известной мере одномоментна.

Само понятие будущего Чандаяна рассматривает исключительно как компонент эсхатологии, указывая на субординацию бытия существованию и небытию. В учении о языке формы глагола быть имеют достаточно важное значение, ведь, как известно, он не используется в настоящем времени, заменяясь в нем глаголом "ас". Таким образом демонстрируется существенность настоящего как стазиса и принадлежность прошлого с будущим чистой иллюзии, иллюзии того отрезка, который должен отделять ненастоящее настоящее от настоящего идеального времени начала и конца.

Согласно священному преданию, когда Нечистая Дева подчинила себе тысячи родов живых и благородных существ, среди которых были и древние русичи, она передала им сокровенную иерограмматическую азбуку Смыслицы, которая всем неизбранным расам казалась бессмыслицей. Надо заметить, что сама Нечистая Дева утверждала, что в буквицах сих заключена великая бессмыслица, почему и само понятие бессмыслицы заняло весьма важное место в практике наивысшей Сахачарадхармы. В ходе практики адепту показывали связанных силой магии врагов Нечистой Девы, которые вступали в дискуссию со святыми Дакинями, а адепт в свою очередь должен был умело и очень искусно опровергать каждое слово восклицанием "Бессмыслица!"

Когда Нечистая Дева купалась в реке и положила платье на камни, она услышала журчание воды и сквозь дрему сказала: "Как мило вы там лепечете." Этот священный подвиг заложен в фундамент практики "Обвинения в Бессмыслице", подвергающей все изречения недискурсивной критике, которая снится самой Нечистой Деве, потому что посвященный Чандаяны причастен сущности Нечистой Девы, будучи здесь и сейчас воскрешен во плоти святых Дакинь. Тот, кто этого не знает, согласно Кродхананде, не является истинным адептом и полезен только засчет тяжелого труда на благо всей организации.

"Если ты не бесполезен, то как можешь быть бессмыслен? А если ты не бессмыслен, то как воскреснешь за порогом пустоты?" - Спрашивает Кродхананда. Бесполезность и бессмысленность идут рука об руку с бесстрашием, являющимся признаком действия агхорического императива.

"Если ты не воскрес, значит не понравился Дакиням. Если не понравился Дакиням, то не принес им крови. Если не принес им крови, то не забил жертвенное двуногое или четвероногое. Если не забил, то значит дрогнула твоя рука. Если дрогнула твоя рука, ее остановило здравое рассуждение. Если было рассуждение, оно выбирало ложную пользу. Если была польза, то в тебе нашелся смысл."

В этом небольшом отрывке Кродхананда сообщает достаточно важную для понимания Сахачарадхармы истину. Исходя из того, что всякая временная протяженность низшего существа укладывается в одну из граней превосходного сознания, с позиции которого не просто одномоментна, а по сути дела гораздо более сложна, чем представляется самому низшему существу, плененному инстанциями сна, это высшее существо (располагающее превосходным сознанием) фундирует праедестинацию как таковую, целиком предопределяя условия, должные выполниться для уничтожения низшей формы сознания.

Чтобы яснее понять пессимизм этого положения, следует уяснить, что Сахачарадхарма по-существу является учением Дакинь. Точно также как вся Чандаяна, будучи учением Нечистой Девы, во главу угла ставит Нечистую Деву, учение святых Дакинь служит задачам, которые лежат безусловно вне круга интересов смертных. Трагикомизм положения смертных, которых создали древние русичи, по-прежнему являющиеся тайными правителями мира, ведет к тому, что смертные с неизбежностью будут усматривать позитивную метафизику и даже сотериологию в тех контекстах, которые не то чтобы лишены (а как имеющие отношение к превосходному сознанию они ничего не лишены) всего этого, но отвечают на совершенно иные запросы, бесконечно далекие от всего, что может себе представить живое воображение.

Апеллируя к так называемому неопределенному кругу адептов, Кродхананда обращается отнюдь не к смертным, но рассматривает субъект-объектную кводативную модальность, которую можно назвать формой мысли, предшествующей появлению смертного дискурса, но тем не менее не предопределяющей неизбежное творение его объектности.

"Находились те, которые обвиняли меня в альтруизме. - Говорит Кродхананда. - Они считали, что, будучи человеком по рождению, я целиком принял сторону существ, цели и задачи которых абсолютно несовместимы с вашим дискурсом. Я отвечаю всегда "нет". Разумеется, если в моих действиях подчас сквозит ксенофилия, а именно, когда я объясняю вам азбучные истины, это лишь кажется тем, чем, может быть, и является, но не все являющееся истинно. Просто вы еще не знаете, для чего нужны буквы этой азбуки - и никогда не узнаете. Что-же касается меня, я - Нечистая Дева, накладывающая румяна на свое очаровательное лицо. Я никогда не рождался и не умирал; мое присутствие во многих местах одновременно объясняется лишь тем, что известное вам как Кродхананда существо формируется из дыхания святых Дакинь."

Разговоры с царевичем Ядавалкьей

Относительно недавно упомянутой надежды как паразитирующего организма Традиция говорит следующее:

"Их существует не менее тысячи и если ты не накормишь хотя бы одного, о Ядавалкья, то как посмотришь в глаза Хранителей, которые встретят в поле за пределами этого мира? Знай, что я, Кродхананда Шарабхешамурти, всегда питаю их и они никогда не гложат меня.

Тот, кто питает слабость, не будет поглощен ею. Принося жертву слабости, не дожидаются особого напоминания. Сытая и довольная слабость согласится сыграть с тобою в одну игру, а какую, ты об этом еще не знаешь, о Ядавалкья.

Никто не может принести жертву силе, ведь сила не нуждается в питании, она не гложет, а напротив, подавляет. Тот, кого гложет надежда, гложет привязанность или страх, сгибается, обхватывает руками голову. Его чувства мелки, а эмоции не представляют никакого интереса. Но тот, кого проницает сила, не питаемая никем, но приносящая обилие даров, стоит осанисто, трепеща ноздрями и глядя перед собой, как возвышающийся на берегу океана в ветренный день, он опирается на упругое, немного холодное тело силы, дрожа вместе с нею. Он видит, как она грациозно идет.

Полезно знать, что Нечистая Дева принесла с собой в пустоту, возделанную ей по образу ее безупречной грезы, шестнадцать тысяч ошибок, содержащихся в Нашем Сознании. Каждая из этих ошибок была персонифицирована таким образом, чтобы лично мне - а я был одной из ее ошибок - было понятно, к кому обращаться в той или иной ситуации. Пантеон Чандаяны настолько велик, что об этом не стоит и напоминать лишний раз. Не стоит верить фальсификаторам священной истории, которые будут твердить о том, что мы тендировали к универсальному единобожию. Это абсурдно.

Нельзя увидеть и хотя бы отчасти понять нечто очень превосходное, когда малое разглядывает его. Малое должно двигаться, сообщать свою малую точку зрения другим участникам, чтобы сторонний наблюдатель мог удостовериться в том, что все они занимаются чем-то важным. Только разносторонняя оценка и сравнение противоречащих одна другой истин позволит расширить кругозор до такой степени, чтобы из бесчисленности граней Нашего Сознания могли быть рассмотрены две или три, а не только одна.

Поэтому с равным усердием претворяй и понимай противоположное. Скажу-ли я, что надежду надо оставить, или велю кормить ее - то и другое не исчезнет с Пути. Оно не поднимется перед тобой как срубленое дерево.

И не проси заступничества превосходного в деле совладания с питомцами твоими - кого оставил голодать, того лично и накорми. Не да осквернит уст твоих пагубное речеизъявление за спиною обиженного, ибо что для него речи, от которых в гортани не появится вкуса? Не сойдет превосходное с престола, чтобы накормить, ибо оно и без того питает всех, и лично меня питает сосцами, и тех, что рядом со мной, других питомцев, она питает - из уст ее вкус каплет на губы наши. И не подует ветер сильный от силы - не отвлекай великую силу от могучего дела ее мелкими просьбами, ибо движет она сама всю мелочь в слаженности великой симфонии, состоящей из бесконечной паузы и не знающей пауз. Подойди своими ногами, переставляя их и выписывая движения телом твоим, подойди персонально к вон той дакини и к вон той ракшаси, и раскрой рваную рану рта твоего в вопрошании: что дать вам, госпожа, и чем вознаградить вас, сударыня, за то, что вы есть? Простите меня лично, так скажи им голосом искренним, немного печальным и полным любви.

И также если участвовал ты в неблаговидном каком деле, например был против твоей воли крещен во младенчестве, то не у меня вымаливай заступничества и не требуй очищения, а пойди и лично у всех попроси прощения за Крещение Руси, а когда все простят тебя, возвращайся."

(Печатается по изданию Кродхананда Шарабхешамурти, "Разговоры с царевичем Ядавалкьей", Калькутта, Дум-дум корп., 1906)

Религиозные войны

Нас уведомили о том, что инфернальный домен BLUD.PP.RU привлек к себе определенную разновидность внимания РПЦ, в связи с чем церковь сочла необходимой жалобу в отделение милиции. В-частности, как неблагоприятный материал рассматривается исследовательская работа по жертвоприношению ребенка, которой инкриминируется, очевидно, мизинтерпретация жертвы Сына, которую принес Бог-Отец.

Нетварные измерения вещи

Сверхбыстрое постигается сверхмедленным, а медленное быстрым. Древние учат, что вещь постигается моментальным.

За всякой вещью открываются измерения: постигаемого и непостигаемого присутствия, постигаемого и непостигаемого отсутствия; ассоциативный ряд присутствия и отсутствия, ведущий к другим вещам. Однако Чандаяна обращает внимание на нетварное измерение каждой вещи, представляющее собой отражение реального существования, а именно, существующей не-вещи.

О пребывании в курсе

Уже оговоренное неналичие собственного смысла у человека неотъемлемо, на что мы также указывали ранее, от отсутствия так называемого интериора. Будучи символом приверженности делу Предка, человек следовательно представляет собой оболочку или глиф, служащий для обозначения, как носитель информации. Это само по себе исключает проблему "понимания" человеком любого аспекта собственного функционирования, и того, насколько он "в курсе" (в курсе праедестинации Предка).

Отсутствие интериора позволяет считать абсурдной гипотезу о превалировании внутреннего над внешним. В случае взаимонедополняющих и не находящихся в согласии внутренних и внешних побуждений или деклараций верно всегда внешнее, а фиктивно внутреннее, которое не играет никакой роли. Совершая акцию типа "А" и повторяя про себя "это акция типа Б", объект несомненно действует по условиям акции типа "А" и не имеет отношения к типу "Б".

Совершение ритуальных действий не находится в зависимости от понимания. Понимание или тайное знание как таковые могут находиться в согласии с основным курсом засчет наличия согласия. Отсутствие воссоздаваемого ритуальным действием согласия полностью аннулирует понимание, которое в таком случае лишено смысла. Ритуальное действие как таковое представляет собой ассиатический глиф курса, в котором может находиться объектность, оно только украшение той силы, которая существует и действует вечно. Частью той силы является и сила ритуального результата, называющаяся пхалапурва. По большому счету она и ритуал являются компонентами акта праведности. Это не требует понимания и знания. Тот, кто этого не знает, не будет в курсе этого.

Ритуальные предписания не требуют не только понимания, но и истолкования, которое может представлять определенный интерес только как методика заучивания. Так, не требует истолкования нежелательность принятия пищи в мире мертвых, но это удобно заучить, попытавшись рассмотреть в свете развернутой системы гипотез, точно также как некий запрет на исхлестывание себя крапивой легко запомнить путем вхождения в контакт с нею обнаженными частями тела. Действительно, мнимое растолкование принятия пищи как вхождения в согласие ничуть не проясняет положения вещей. Согласие не выше, не тоньше и не фундаментальнее совместного принятия пищи. Оба глифа равнозначны и не служат для истолкования самих себя.

Более того, согласие значительно сложнее принятия пищи и введение его в теорию только усложнит ситуацию. Проблема согласия требует целого ряда оговорок, что в случае пищи можно считать не требующим внимания. Так необходимо заняться пониманием и размышлением над амбивалентностью согласия, тогда как принятие пищи кристально ясно, будучи даже и поливалентным (ведь существует много видов трапезы и возлияния). Согласие может быть выражено утвердительно (согласие типа "да"), отрицательно (согласие типа "нет", подразумевающее вхождение в курс и следовательно согласие) и нейтрально. Этих недостатков лишено принятие пищи.

Если поднять вопрос о возможности избежать согласия, то проблема принимает еще более устрашающий вид, продолжая подразделяться на бесчисленное множество меньших задач и вариантов (включая варианты условий ее постановки), в конце концов раскрываясь как полностью неразрешимая, что вроде бы противоречит исходному побуждению истолкования и разъяснения. В то-же самое время принятие пищи не создает никаких трудностей - чтобы не принять пищу, достаточно от нее отказаться и умереть с голоду или принять другую пищу, передаваемую из уст в уста между членами группы разъяренных ракшасов и ракшасей (мы полагаем очевидным, что рассматривается случай посещения группой ракшасов мира мертвых).

Далее, термин согласия звучит достаточно тенденциозно не только в русском, но и в других современных языках, он выглядит как специальный и даже узко специфический термин, поэтому теория может оставаться до конца не понятой даже при условии день ото дня повторяющихся штудий. Дело в том, что фундаментальная парадигма согласия базируется на санскр. sAMvidya, обоюдное согласие, консенсус (от saMvid), что представляет собой самоочевидный фонетический подвид корня "вд", дающего парадигмы "видения", "движения", "знания", которые и представляют компоненты понятия согласия. Естественно, что в русском языке согласие всегда будет носить налет полемический, в немецком "музыкальный" (Einklang) и т. д. - за всеми этими частными случаями будет нераспознаваем изначальный смысл согласия, заключающийся в том, что оно представляет собой атрибут дакини Самваидьявадху, точнее говоря ее слюну, играющую первостепенное значение в деле принятия пищи. Мы видим, что кажущееся разъяснение и истолкование с неизбежностью вернется к простому изначальному предписанию (как в позитивном, так и в негативном его модусе), которое на самом деле не должно быть понимаемым.

Телеологичное прекращение

В некоторых случаях принято оппонировать догме о телеологичном прекращении, с использованием небезызвестных аргументов о фактическом несовпадении ярлыка и указуемого доказывая невозможность телеологичного делания, а следуя этой логике и стазиса, по-крайней мере в условиях ограниченной эмуляции существования (то есть в условиях бытия). Однако, на что справедливо указывает доктрина Чандаяны, проблема телеологии, в частности телеологичного логоса, далеко не ограничена рамками, в которых ее можно было бы осудить как невозможную быть разрешенной. Экзегеза телеологичного логоса должна становиться ясной на основании понятия Брахмана, в то время как доктрина Брахматменасамджнаны однозначно указывает на гомогенность сознания. В основе этих положений лежит постулат о нераздельности кводации, выражающейся в том, что когда Кродхананды нераздельно с когда Нечистой Девы. Это не следует смешивать с популярным афоризмом, согласно которому "что наверху, то и внизу", потому что в пропаганде этой идеи нет ничего, кроме веяний шудрократии, которая, конечно-же, полагает преимущественную массовость всякого эффекта и его доступность для всех, а не только для одного и только одного.

Достижение нераздельной кводации само по себе является статичным, но на пути к нему (пути, который прекращается) ограниченный объект или адепт (то есть деталь всенизшего сознания существа Хаоса) естественным образом сталкивается с необходимостью самоуничтожения, поскольку только незамутненная праедестинация примерного (то есть первого и последнего) адепта находится в особой связи с праедестинацией Нечистой Девы, иными словами, адепт должен фактически исчезнуть, для чего и даны методы телеологичного слова, которое не должно оставлять после себя ни мысли, ни эмоции, ни какого-либо другого возбуждения в сердце указанного адепта.

В случае так называемого преодоления негативных переживаний внимание уделяется ничему иному как шелухе, которая по-сути дела не может быть объектом подобного внимания, равно не может быть им ни факт самого переживания, ни ощущение возбуждения от кажущихся преодолений неких перекосов, которые ни в глобальном, ни в персональном масштабе не играют никакой роли.

Иногда вышеназванное преодоление, якобы выражающееся посредством подражания инициатору негативной эмоции, путают с антиповедением, например шутовством или академичностью, которые являются (в рамках антиповедения) в действительности ничем, пустотой, у которой нет и не может быть собственной телеологии. Ее (антиповеденческую) несуществующую телеологию можно спутать с ее методологией, а ее неперсональность с персоной, в то время как истинная телеология персональна и у нее есть только одна персона, кводативно тождественная божеству.