воскресенье, 23 сентября 2018 г.

Не думал мужик о смартфоне, пока самсунг не приказал


Понятие легитимной потребности, которое является одним из догматов консервативных идеологий и с успехом исполняет свою роль в критике свободного рынка, в частности - методологий маркетинга, формирующего, согласно отнюдь не бесспорной мифологеме (о ней ниже), новые, "не легитимные" потребности, находит обоснование в констатации нативного неравенства всех людей. Хотелось бы заметить на полях, что констатация неоспоримого факта имеет сомнительную эффективность даже когда обращена к контингенту низших каст, апелляция к успешному обману которых еще никогда никого не спасла на переговорах с суровыми стражами пути мертвых. Вы можете сколь угодно красочно фантазировать о человечестве, но не стоит забывать о том, что мир людей - это бесперспективный тупик, забыть о котором следует как можно скорее. Отбросьте все, что вы знаете, ибо это бесследно исчезнет; не полагайтесь на Космос, ибо он сокрывает Хаос, а Хаос - это всё.


Сама по себе констатация того факта, что люди не равны и разобщены, будучи от рождения сегрегированными как по родовому, так и по кастовому признакам, не имеет никакой ценности и в высшей мере нейтральна в том, что касается перспектив развития. Если вам известно, что дважды два четыре, то это отнюдь не та истина, которая дала бы карт-бланш на претворение тенденциозного, усвоенного как "правильный" подхода ко всей космологии. Реальность оказывается сложнее примитивных схем.

Индоктринируемая "не легитимная потребность" должна выступать как один из инструментов подавления деструктивных энергий, зиждящихся в массе простых людей - энергий, потенциал которых бесконечен настолько, насколько позволяют условия, определяющие возможность наличия органической жизни. Хрестоматийным случаем "не легитимных потребностей" эксперты признают концепцию смертных грехов.

Постулирование "легитимного" и "не легитимного" неразрывно связано с легитимной авторитетной инстанцией, которая дефинирует рамки легитимности. В этом смысле разница между авторитарными и либеральными режимами является количественной - если последние заявляют дозволенность всего, что не запрещено законом, из этого еще не следует, что вы будете делать дозволенное без оглядки на подавляющее могущество мэйнстримного мнения, которое формируется всей полнотой инструментов претворения авторитетной воли, начиная с Lügenpresse, заканчивая застольной беседой. Когда эта воля испытывает склонность к махровым свободе, равенству и братству, равно как и к достойным условиям для простых людей, то все это усваивается мэйнстримом.

Практическая разница между консервативным и либеральным мировоззрениями состоит в том, что первое делает человеконенавистничество частью политической программы, демонстрируя достойную сожаления откровенность и настойчивость в том, что касается афиширования базовых знаний арифметики, то есть неравенства, в рамках которого деструктивные компоненты, согласно консерваторам, которые, оправдывая насилие, инструментализируют воображаемую "древность", должны подавляться самыми варварскими способами.

Консервативный дискурс, впрочем, как и любой другой, апеллирует к оптативу монополии на методологии работы с реальностью. Однако, с точки зрения вечности, воспитание кнутом имеет ту же ценность, что воспитание пряником. Намеренно делать жизнь людей хуже ничем не лучше попыток сгладить противоречия, заштукатурить неравномерности и обеспечить простым людям относительно комфортную экзистенцию, не лишенную иллюзий свободы и равенства.

Отдельного внимания заслуживает упомянутая в начале мифологема "формирования новых потребностей средствами маркетинга". С консервативной точки зрения, "новое" по определению является "не легитимным", ведь любая форма консерватизма подразумевает "консервацию хорошо себя зарекомендовавшего старого", где "старое" принадлежит фэнтезийной топологии выбранного идеологами временного периода, возможность живой памяти о котором может быть полностью исключена. Всякая "вновь создаваемая потребность", будь она потребностью обывателя или мечтою ученого, естественно становится "излишеством", которой надлежит авторитетно отказать в легитимности, дабы сформировать критерии самоограничения, к которому человек способен лишь под прессингом общественно-политического мэйнстрима.

Однако общество - это не компьютерная игра "Цивилизация", а человек - это не только машинный код, которому можно было бы посредством демонстрации рекламных роликов вменить произвольную "новую потребность". Эффективность рекламных инструментов, кстати, сильно переоценена - все апелляции к эффектам "лишнего кадра", к подсознательным установкам, к позитивным и негативным мотивациям, к "собакам Павлова"* и прочим наивным приемам являются попыткой выдать за универсальную истину результаты некоторых наблюдений. Это касается как коммерческой, так и "социальной" рекламы, включая патерналистские страшилки на пачках сигарет. Важно понимать, что действие рекламы не изучено и после всех "исследований" до сих пор никто не знает, почему некоторые рекламные шедевры обладают эффективностью, а остальные ничего не делают или возымевают непредсказуемый эффект. Наука о рекламе оперирует выжимками популярной психологии, оставляя за рамками жанра волю к пониманию всей полноты картины.

*Мифологема "собаки Павлова" представляет собой типичный случай интерполяции изначально ложных интерпретаций никудышно поставленных опытов на всю космологию. Опыты российского психиатра не имели, разумеется, ничего общего с формированием у собак "рефлексов", а демонстрировали присущую четвероногим сообразительность и способность к аналитическому мышлению, то есть критическому сопоставлению событий. Если вы слышите звонок в дверь, зная о том, что придет почтальон, то это не значит, что звонок теперь заставляет вас встать и волшебным образом материализовать в руке посылку - все на самом деле сложнее, не так ли?
Собака с сертификатом послушания

Человек - это не такая машина, вложив в которую перфокарту, вы получите новый, возникший ex nihilo эффект. Все, чем человек является, о чем помнит, что планирует сделать и что сделает, является результатом претворения праедестинации, в свете которой появление "потребности из ниоткуда" - это совершенно невозможный феномен. Всякая "новая потребность" принадлежит непрерывной топологии сознания - подобно побегу на стволе растущего дерева, она действительно может быть названа "новой", но едва ли "материализовавшейся из ниоткуда". Вложив перфокарту с "новой установкой", вы можете оказать содействие претворению праедестинации - не только целевой персоны, но и своей собственной; вы можете указать путь, но (оставаясь в рамках парадигмы маркетинга) никогда не заставите пройти по нему против воли.

В отличие от маркетинга, исполняющего роль бедного родственника, что мнется в углу прихожей особняка могуществ мира сего, легитимная пропаганда, которая формирует мэйнстрим, целиком и полностью верифицирована несгибаемой волей архонтов, к полномочиям коих принадлежит модификация праедестинаций каждой частицы космоса. Эта значительная сила имеет свое прочное основание в значительной праведности. Единственной преференцией для человека, который молится архонту и раболепно улавливает преобладающее властное настроение, является возможность чувствовать себя в своей тарелке.

Комментариев нет:

Отправить комментарий

 

Поиск

D.A.O. Rating