воскресенье, 11 ноября 2012 г.

Простые люди - кто они?

Общее впечатление об иностранцах, прежде всего, туристах с Запада, в России, как и прежде в СССР, проецируется на образ представителя городской цивилизации, однако это не совсем резонно, потому что современный Запад не первое десятилетие претерпевает процесс "кантризации", то есть ассимиляции городского населения в среде сельского, а не наоборот. Качество инфраструктур, в том числе путей сообщения, лишает крупный город и вообще городскую культуру того преимущества, прежде всего, в "уровне жизни", неизбежность которого мы усваиваем с пеленок. Подавляющее число иностранцев или туристов с Запада (равно как и пользователей всемирной сети) представляют собой простых или опростившихся людей.


Простым человеком в Европе издревле именовали, преимущественно, "жителя сельской местности". Этот незатронутый разлагающим влиянием городской социализации человек действительно оставался и по сей день остается "простым", что основано на его пустоте и, как это ни покажется странным, свободе. Как и всякий обитатель современного мира, простой человек отстранен от традиции и от инициатического стандарта, однако, не принимает и контринициатическую современность - его поезд завис между станциями в промежуточном пространстве.

С точки зрения современного, "развитого" члена общества, простой человек характеризуется темнотой, склонностью к суеверию, почти неприличной открытостью (зачастую напоминающей "культурному городскому человеку" открытость домашнего животного или пьяного) и честностью, доверчивостью, послушностью, недалекостью. В силу локализации вне или между идеологических пространств, он подвержен идеологическим манипуляциям, однако столь же легко забывает "усвоенные" мировоззренческие ценности, как и поддается пропаганде.

Дистанция между "непростыми" и простыми людьми в современном государстве тождественна расстоянию, которое отделяет городских жителей от сельского населения, и в общем и целом сближается с дихотомией между "сознательными рабочими" и "несознательным мужиком (крестьянином)". Марксистско-ленинский "рабочий класс" представляет собой результат муштры, которой подвергается урбанизированный, то есть оторванный от родовых корней и изолированный от влияния родо-племенного ареала простой человек.



Знаменитая песня "Вологда" ВИА Песняры любопытна в том, что касается ее восприятия городским населением. Горожанин (в нынешних условиях эта категория граждан фактически суживается до контингента нескольких сверхкрупных городов Российской Федерации) слышит в тексте ностальгически-сентиментальные мотивы утерянной родины, звучащие из уст жителя мегаполиса. Однако, песня поется от имени жителя деревни, возможно сверхмалого хутора, с точки зрения которого, Вологда является большим городом и видится весьма характерно - как большая деревня, тендирующая к обобщению до одного телеологичного дома или двора. Житель деревни поет о другой Вологде, с большой вероятностью - Небесной.

Истребление деревни и процесс урбанизации влекут вместе с собой трансформацию массы простых людей, претерпевающих, помимо вынужденной мимикрии под городские сословия, криминализацию и геноцид, реже - романтизацию, в ходе которой отдельные особи простого человека привлекаются к соучастию в нишах культурного мэйнстрима.

В том, что за годы советской власти русский простой человек был практически полностью уничтожен или до неузнаваемости обезображен ("веселый, добродушный и открытый рубаха-парень" превращен в персонажа Васи Ложкина - персонажа страшного снаружи, но безвольного импотента внутри, крайне жестокого к ближнему, но лояльного к системе), есть серьезный резон, потому что именно крестьянство как совокупность истинных простых людей представляет собой наиболее 1) регрессивную (в иной терминологии - консервативную); 2) многочисленную часть гражданской нации, и именно на крестьянство может возлагаться эксклюзивное право вооруженного восстания против современного мира.


Комментариев нет:

Отправить комментарий

 

Поиск

D.A.O. Rating